поддержка
проекта:
разместите на своей странице нашу кнопку!И мы
разместим на нашей странице Вашу кнопку или ссылку. Заявку прислать на
e-mail
Статистика
"Без которой - Хаос" (Т. Чеховская)
продолжение
Как же вышло, что совершенно искусственный способ породил научный метод?
Дело здесь в том, что Линней с избытком был наделен чертой, совершенно
необходимой для систематика,- интуицией. (Он вообще был по складу
характера в высшей степени систематиком и начал собою галерею типов,
вкупе создавших соответственный "характер" и у науки.) Конечно, если
классифицировать растения только по числу ты чинок,
Рисунок из книги Линнея
выйдет, несомненно, искусственная система, но
ведь строение органов размножения все-таки один из самых существенных
признаков. И если к нему добавить некоторые другие, система станет
вполне естественной, так как уже отразит степень родства видов между
собою. Так, собственно, и поступал Линней, постепенно совершенствуя
классификацию. Например, бобовые он никак не решился разлучить по разным
классам, хоть этого и требовал применяемый прием. Потому-то искусственно
выглядевший в его собственных руках метод оказался столь долго живущим.
В нем было зерно истины. Интуиция не подвела - классифицируют живые
существа действительно по существенным признакам. А попытки найти самый
существенный из них не оставлены до сих пор, и в этом наши современники
ничем не отличаются от Линнея.
И Система, построенная Линнеем, сыграла в науке вовсе неоднозначную
роль. Конечно, на самой первой странице в "Системе природы" автор книги
заявляет: "Новые виды не возникают теперь". Или далее: "Столько
существует видов, сколько сначала было создано бессмертным Существом".
Но не все так просто. Попробуем ответить, например, на такой вопрос:
почему, собственно, линнеевская система сделалась столь популярной в
первые же годы после выхода в свет, популярной не только у специалистов,
но и среди образо-' ванных дилетантов? У доктора биологических наук Н.
Н. Воронцова есть любопытная гипотеза, почти наверняка близкая к истине.
"Система природы" создавалась в век, когда наиболее распространенными
классификационными построениями были династические древа! Публике очень
легко было перейти к фамильному древу Природы от фамильных древ лучших
семей тогдашнего мира. И вот тут интуиция вторично не подвела создателя
систематики: ведь фамильное древо предполагает происхождение одного от
другого. Так ли уж непроходима здесь оказывается пропасть до
происхождения видов? Не напоминает ли сама дарвинов-; екая схема
эволюции живого линнеевское древо Жизни? Да, если прибавить к тому же
позднейшую мысль Линнея о том, что виды все-таки рождаются один
от другого. "Дочерью времени" он назвал одну из разновидностей василиска.
А в последнем прижизненном издании "Системы природы" пошел еще дальше. В
нем он пишет, что "всемогущий бог" "в продвижении от простого к сложному"
создал отряды, далее, перемешав их скрещиванием, произвел роды, а уж
виды произошли "посредством изменчивых поколений"...
Выходит, статичная система, которой первые эволюционисты чурались как
антипода своих представлений,- на деле один из тех краеугольных камней,
на которых потом выросло древо эволюционной теории. Целый век прошел от
книги Линнея до книги Дарвина, и какой век - век нескольких революций, в
том числе Великой французской. И книги эти кажутся взаимоисключающими,
если просто положить их рядом. Но нить истории
науки связала их воедино и эту связь протянула до наших дней, ибо науке
так же необходимы незыблемые координаты систематизации, как и вечное
обновление идей.
К тому же каждая большая книга - плод достоверных знаний, оригинальной
мысли, и кто знает, что из них понадобится биологу нынешнему и будущему.
Ни достоверное знание, ни оригинальные мысли не стареют.
