поддержка
проекта:
разместите на своей странице нашу кнопку!И мы
разместим на нашей странице Вашу кнопку или ссылку. Заявку прислать на
e-mail
Статистика
"Человек который показал..." (Петр
Алешковский)
Продолжение
"Чем далее от нас отстоит какая страна, чем
более она нам незнаема..."
Новая земля, примитивные народы, необжитые просторы. Их следует оглядеть
с точки зрения пригодности для житья российского люда. Камчатка -
удачный плацдарм для торговли с Америкой, Японией. Наука идет об руку с
первооткрывательством, но теперь Россию представляют не только "вольные
казаки", появляется первый "камчатский интеллигент".
"Камчатская огнедышущая гора"
"О состоянии Камчатки трудно вообще сказать,
недостатков ли в ней больше или же важнее ее преимущества.
Поскольку эта страна бесхлебная и неудобная для скота, подверженная
большой опасности от частых землетрясений и наводнений, а также
продолжительным беспокойным ветрам,- кажется, что она больше годится для
жизни животных, а не людей. Почти единственное развлечение там -
смотреть на высокие, покрытые не-тающим снегом горы или, живя у моря,
слушать шум морского прибоя и глядеть на разнообразных морских животных,
изучая их нравы и взаимную вражду и дружбу. Но, если принять во
внимание, что там здоровые воздух и воды, что нет изнуряющей летней жары
и зимнего холода, нет никаких опасных болезней, опасности поражения
молнией и укусов ядовитых животных, то надо признать, что Камчатка для
жизни человека не менее удобна, чем обильные разнообразными богатствами
страны, которые обычно подвержены различным болезням или опасностям".
Молодой студент не был созерцателем. Ему предстояло всесторонне
исследовать совершенно неизученную область, превышающую по размерам
некоторые европейские страны. И он работал. Работал, сочетая географию и
ботанику, зоологию и лингвистику, историю и ихтиологию, почвоведение и
этнографию.
И притом - в каких условиях! За два года не выплачивают жалования, свой
хлеб, который вез на корабле, погиб в бурю, а на Камчатке хлеб дорог;
жить приходится в черных избах, особенно пока не достроены теплые, белые
для профессоров, а иногда заносит в такое жилье, в котором "зимою как
ради стужи, так и радиугару жить невозможно,
и мне оное от того известно, что случилось жить в такой каморке".
За четыре года, проведенные на Камчатке, копится колоссальный материал,
назад он поедет с большим багажом - пройдут годы, пока вся камчатская
коллекция будет разобрана и описана до конца.
Книга пока еще не пишется и написана будет не скоро, но за камчатские
годы создано свыше сорока работ, большинство из них позднее вольются в
"Описание". Полуостров он объездил вдоль и поперек: на лошади, на
собаках, в нартах, на лодках по рекам, пешком; облазил все сопки.
Студент через толмача, а потом и без него, опрашивает местное население,
описывает извержение вулкана, производит "метеорологические обсервации",
высаживает всевозможные овощные культуры, ловит рыбу, набивает чучела и
все время путешествует - вдоль всех рек до единой, по всему побережью, к
горячим ключам; а по дороге - беседы с ительменами, составляются словари
местных языков. Он купается в ключах - надо знать их температуру и
опробовать на себе их действие, и неожиданно "погружения"
создают ему прочный авторитет среди камчадалов, относящихся с
мистическим ужасом к "горячей воде". Их психология ярко проявляется и в
курьезном зимнем случае, записанном Крашенинниковым: "Камчадалы
рассказывают, что до моего приезда таких холодов не было, и думают, что
я, как студент, являюсь их причиной. Слово студент они произносят, как
шакаинач, т. е. студеный, и полагают, что при студеных не может быть
теплой погоды. Но трудно поверить, что зимы прежде были теплее, потому
что за все четыре года моего пребывания они были одинаково холодные".
Хорош же был толмач-
Любознательный исследователь явно пришелся по душе гостеприимным
аборигенам. О нем даже сложили нехитрую песню, которую он сам приводит,
сопроводив запись мелодии нотными знаками:
Ежели бы я был студент, то описал бы всех девок.
Ежели бы я был студент, то описал бы быка-рыбу,
Ежели бы я был студент, то бы описал всех морских чаек.
Ежели бы я был студент, то бы поснимал все орлиные гнезда, и т. д.
Или на местном наречии: "Студенталь теемрик битель читель киллизик..."
Работа подходила к концу, профессоры все не ехали, он перестал их
ожидать, но вдруг, как снег на голову, свалился Стеллер, отправлявшийся
в плавание с Берингом на поиски мифической Земли Гамы, якобы
находившейся где-то между Камчаткой и Америкой. Отношения сразу не
сложились. Посланный вместо профессоров на Камчатку член Академической
свиты (так официально именовалась группа ученых при экспедиции Беринга)
сразу предъявил Крашенинникову "ордер", в котором было велено принять
его под Стеллерову "комманду и пересмотреть" его наблюдения, "которые
мне сомнительны покажутся ваши наблюдения те исправить, чтоб никакого
сомнения не осталось".
Кто же он, этот ученый, неожиданно лишивший молодого студента свободы
действий?
Георг Вильгельм Стеллер родился во Франконии 8 1709 году. В 25 лет он
приехал в Петербург искать счастья. Здесь служил врачом у Феофана
Прокоповича,
План горячих ключей, составленный
Крашенинниковым
а в 1737 году был принят в Академию адъюнктом
натуральной истории при Камчатской экспедиции и, согласно своему
желанию, был отправлен на Камчатку вместо Гмелина и Миллера. Последний в
своем "Путешествии по Сибири" дает меткую характеристику
Стеллера. "Это был натуралист весьма даровитый и вместе с тем
путешественник прирожденный. Он не останавливался ни перед какими
трудностями и вел жизнь самую простую. Имел один сосуд, в котором сам
стряпал свою пищу и из которого ел и пил. Всякое платье и всякий сапог
были ему впору. Всегда он был весел. При всей беспорядочности жизни,
Стеллер был наблюдатель весьма точный".
