Один из основоположников электрохимии Уильям
Никольсон говорит: "Можно ожидать, что... будет достигнуто более
совершенное знакомство с влиянием электричества не только на атмосферные
явления, но также и на магнетизм, мускульные движения, а также и на
другие процессы, в которых, более чем вероятно, эта великая сила
обнаруживает свое участие" (1783).
И конечно же электричество и живая природа, электричество и человек.
Физиологи и врачи ожидают от электричества самых невероятных чудес.
Отчасти потому, что уже имелись сведения о положительном воздействии
электричества на человеческий организм. Из глубокой древности дошло
предание о том, что жители Африки купали своих детей в воде, в которой
находились электрические скаты,- считалось это радикальным средством от
многих болезней. Подобный же способ практиковали древние греки и
римляне. Скрибо-ний Ларг, врач императора Клавдия, излечивал подобным
образом подагру у своего августейшего повелителя. Правда, указания на
то, как именно употреблялись электрические рыбы, в тогдашней медицине
отсутствуют. Может быть, это было профессиональной тайной. Но то, что
электрические свойства рыб использовались, представляется весьма
достоверным.
В 40-е годы XVIII столетия первые систематические опыты по воздействию
электричества на живые организмы проделал Жан Нолле. Именно к этому
времени восходят истоки электротерапии.
Уже в 1745 году была издана работа X. Г. Кратценштейна о применении
электричества для лечебных целей.
И вот, наконец, появилась лейденская банка, а с ней - возможность
воздействовать электрическими зарядами на поврежденные члены
человеческого тела.
Английский экспериментатор Стефан Грей первым решится наэлектризовать
живого человека, чтобы установить, является ли человеческое тело
проводником электричества.
Безумный Грей, что знал ты, в самом деле,
О силе той, неведомой доселе?
Разрешено ль тебе, безумец, рисковать
И человека с электричеством связать?
Так прокомментировал этот опыт немецкий физик Георг Маттиас Бозе в поэме
"Электричество в его возникновении и развитии, поэтическим языком
описанное".
Электризуются растения, насекомые. В "Известиях петербургской Академии
наук" Д. А. Голицын сообщает об ускоренном развитии цыплят из
электризованных яиц (1778).
Одна сенсация сменяет другую. Кажется, сама смерть готова отступить
перед всемогущей "электрической материей". Даниил Бернулли "возвращал
жизнь утопшим птенцам". Никола обнаруживает, "что электрическая материя
была лекарством против видимой смерти кроликов, отравленных окисью
углерода". Итальянец Бианки временно оживляет собаку, "у которой вытекла
часть мозга".
Лавина сообщений о применении электричества в медицине захлестывает
научные журналы того времени. Новому методу приписывается почти
чудодейственная сила.
Гальвани хорошо знаком с современным ему состоянием науки. А в области
электричества он был учеником и последователем своего соотечественника
Джиованни Беккариа, автора сочинения "О натуральном и искусственном
электричестве", в котором излагались результаты исследования
атмосферного электричества (по личному распоряжению Бенджамина Франклина
оно было переведено на английский язык).
Гальвани поддерживает всеобщее увлечение электричеством. А как же иначе?
Ведь чудесной электрической материи отводится теперь главенствующая роль
буквально во всех физических и биологических явлениях.
И еще одна причина побуждает Гальвани очень пристально отнестись к
новому направлению науки - он видит возможность практического применения
электричества в медицине. Перед его мысленным взором врача-хирурга
открываются перспективы использования электротерапии. Обстоятельства ему
благоприятствуют: особенно широкие исследования ведут именно итальянские
физиологи. Их приоритет можно считать официально признанным. Профессор
Московского университета, статский советник и кавалер Иван Двигубский
пишет в 1808 году: "Итальянские врачи были гораздо счастливее, и с 1747
года начали в журналах прославлять электричество как чудесное лекарство
противу многих болезней".
В этот период уже многие исследователи пытаются сопоставить, связать
"нервную сущность" и "электрическую материю".
Гальвани возглавлял кафедру практической анатомии Болонского
университета и сам достаточно много работал в области электрических
явлений. Один из видов европейских электрических скатов, который он
впервые тщательно исследовал, и до сих пор носит имя "torpedo Gaivanii".
Как вначале объяснялось поражающее действие электрических рыб? Поскольку
прежде электрическими их не считали, объясняли их действие как
механический удар. И лишь в 1751 году ботаник М. Адаме впервые предложил
провести аналогию между "ударом" ската и "ударом", получаемым при
разряде лейденской анки. А в 1776 году Генри Кавендиш уже описывает
"искусственного электрического ската", в котором электричество
поставляется батареей лейденских банок. Забавное приспособление
погружалось в подсоленную воду. И наблюдались в ней те же эффекты, что и
при действии живого ската. Но означало ли это, что ученым удалось
наконец обнаружить "животное электричество", иными словами,
электричество, присущее живым организмам?
И вот появляется "Трактат о силах электричества при мышечном движении".
Гальвани сообщает о своем открытии. Но почему складывается мнение, что
совершил он его случайно, как будто между прочим? Мнение упорное,
устойчивое, бытующее вот уже два столетия? Отчасти повинен в нем сам
исследователь. Да и возможно ли его современникам, а уж тем более и
потомкам, не приписывать события воле случая, если их главный участник
судит о них так: "Я считаю, что сделаю нечто ценное, если кратко и точно
изложу историю моих открытий в таком порядке и расположении, в каком мне
их доставили отчасти случай и счастливая судьба, отчасти трудолюбие и
прилежание. Я сделаю это не только для того, чтобы мне не приписывалось
больше, чем счастливому случаю, или счастливому случаю больше, чем
мне..." Именно этими словами Луиджи Гальвани предваряет главный научный
труд своей жизни. Но если сам автор так настойчиво подчеркивает значение
"случая", что же остается его читателям?
Но считал ли в действительности Гальвани свое открытие случайным?
Никогда. Наоборот, обстоятельное знакомство с его наследием показывает,
что вся его работа была подчинена целенаправленному и последовательному
изучению открытого явления, названного им "животным электричеством".
Началу работ Гальвани по "животному электричеству" предшествовали годы
экспериментов с нервами различных животных. Но сразу скажем, что
электрическим раздражением он не пользовался. Первые упоминания об
опытах, в которых Гальвани пытается обнаружить воздействие электричества
на нервную чувствительность и сокращаемость мускулов, относятся к 1774
году. К этому времени он уже исследовал воздействие электричества на
различные жидкие вещества, имеющиеся в живом организме.
...Ступеньки ведут вниз. Открывается тяжелая дверь. Лаборатория. На
выложенном квадратной плиткой полу выставлены большие столы. Колбы,
реторты, сосуды с химикатами. Ставшая обязательной электрическая машина.
Несколько препаратов уже готово к опыту. Помощник старательно
раскладывает на мраморной доске еще одну лягушку. Ученики и ассистенты
ждут профессора Гальвани. Познакомимся с ними. Кто они, помощники
знаменитого ученого? Три его племянника, среди них и любимый - Джиованни
Альдини, впоследствии известный ученый физик, один из основателей
Национального института Италии. И жена Гальвани Лючия, урожденная Лючия
Галеацци... Женщина в научной лаборатории? В те времена? Возможно ли
это? В то время, хотя не столь отдаленное, занятия наукой считались
исключительной прерогативой сильного пола. Может быть, здесь редкое
исключение? Да, исключение, но ставшее правилом для Болонского
университета.
С самого его основания в университет были допущены женщины. Им не только
дозволялось слушать лекции. Женщины могли и преподавать.
Лектриса - за привилегию носить такое звание приходилось время от
времени бороться с противниками женского образования, но женщины свои
права отстояли. Именно на поприще занятий медициной и естественными
науками добились они особых успехов. Еще в XV веке Доротея Букки заняла
после смерти отца кафедру практической медицины и нравственной
философии. Знаменитая Лаура Басси (XVIII в.) возглавила кафедру физики и
философии. Болонские женщины даже организовали подписку на сооружение
памятника ей, и украшал он лестницу, ведущую в музей и библиотеку
университета. Вполне понятно, что дочь профессора Галеацци, имея к тому
склонность, могла получить прекрасное образование. Так оно и было;
Гальвани, а вместе с ним и его современники отмечают, что Лючия много и
плодотворно работала вместе с мужем.
Давайте еще раз вернемся к начальным строкам рактата", в которых
Гальвани говорит о помощнике, обратившем его внимание на необычное
явление. Имени этого помощника ученый не называет. Но в одной из работ
Эрнеста Дюбуа Реймона, отца современной электрофизиологии, приводится
сонет, сочиненный в честь Лючии:
Тебе, прекрасная лектриса, Открылся в теле маленькой лягушки Чудесный
жар извечной жизни.
