поддержка
проекта:
разместите на своей странице нашу кнопку!И мы
разместим на нашей странице Вашу кнопку или ссылку. Заявку прислать на
e-mail
Статистика
"Книга, не похожая ни на одну"
(М. Черкасова)
Продолжение
Анализ Красной книги убедительно показывает:
окружающее нас живое очень по-разному реагирует на то, что мы так
самонадеянно называем научно-техническим прогрессом. Одна его часть
обнаруживает достаточную устойчивость, тогда как другая решительно с ним
несовместима. Теперь, после уроков Красной книги, можно представить
обобщенный портрет вида, максимально уязвимого: крупное животное,
имеющее промысловый интерес, обитающее на ограниченной территории.
Опасность усиливают "узкие места" в его биологии, связанные с
особенностями размножения, зимовки, миграций, поведения и тому подобное,
а где тонко, там, как известно, и рвется (то же в принципе можно сказать
и о растениях). И еще очень важно: свойства, ослабляющие устойчивость
вида на выживание в нашем мире, суммируются, давая в ряде случаев
прямо-таки катастрофическую составляющую.
Рисунок художника В. А. Горбатова
Один из наиболее наглядных примеров - белый медведь,
самый крупный из наземных хищников. Охота на него, во всяком случае на
нашей территории, запрещена, но несколько центнеров отменного мяса и
замечательно теплая шкура нередко искушают нарушить этот запрет. Правда,
распространен зверь по всей Арктике, но - уж эти "узкие места"! Самки
белого медведя размножаются обычно раз в три года, и не ранее, чем на
четвертом году жизни, так что в лучшем случае на 10 белых медведей
приходится одна мамаша с потомством; гибнет медвежат (а их бывает 1-3)
только на первом году жизни до 40%. К тому же медведицы залегают в так
называемые родовые берлоги в считанных местах Арктики. Медведи очень
любопытны и любят совать свой нос куда не следует, а если учесть, что
звери гуляют вокруг Северного полюса, не признавая границ государств, и,
следовательно, действенная их охрана возможна только в рамках
международных соглашений, станет понятно, отчего численность этого вида
- по разным оценкам 10-20 тысяч особей в мире - не вызывает у зоологов
особого оптимизма.
А теперь попробуем представить себе животное, наделенное, напротив,
достаточной устойчивостью на выживание. Оно, как догадывается читатель,
должно быть мелких размеров, не представлять для человека охотничьего
интереса, жить на обширной территории, молниеносно плодиться, быть
неразборчивым в еде и легко переносить соседство человека. Не правда ли,
как хорошо вписывается в эти рамки вездесущее животное нашего столетия
крыса-пасюк? В компанию к ней подходит из птиц голубь-сизарь, из
насекомых - таракан, а из растений - одуванчик с его неистребимой
жизнеспособностью. Вот тот багаж, который человек может не опасаться
растерять в будущем. Страшно даже подумать, сколь беден, скучен и
однообразен будет окружающий человека мир, если выжить в нем, помимо
него самого, смогут лишь существа, подобные крысам и тараканам. Но, как
убедительно свидетельствует Красная книга, антропогенный отбор работает
именно в этом направлении...
И все же не следует, наверное, вдаваться в чрезмерный пессимизм. Ведь
теперь мы вооружены знанием, столь необходимым для успеха дела. Красная
книга позволила нам представить общую картину и с достаточной
определенностью предсказать дальнейший ход событий. Дала возможность
выявить самые слабые звенья, нуждающиеся в первоочередной помощи,- и это
очень важно!
Один из главных принципов Всемирной стратегии охраны природы - не
разбрасываться в своих действиях, используя силы и средства именно там,
где они более всего нужны, то есть спасать в первую очередь все самое
"горящее". Теперь благодаря Красной книге мы знаем, где "горит". Это
справедливо даже для групп пока еще не изученных, потому что Красная
книга дает и определенный теоретический ключ. Наконец, она - развернутая
и вполне конкретная программа действий.
Так что же делать, чтобы не допустить дальнейшего оскудения прекрасного
и столь необходимого людям мира живого?
Самая естественная и прежде всего напрашивающаяся мера - запретить какое
бы то ни было истребление животных, которым угрожает вымирание. С этого,
как правило, и начинают. Наш уссурийский тигр, к примеру, вряд ли уцелел
бы до наших дней, если бы за браконьерский выстрел не был установлен в
свое время штраф в тысячу рублей. После принятия в нашей стране в 1980
г. Закона об охране и использовании животного мира на добычу всех видов,
занесенных в Красную книгу, наложен запрет. Очень возросли и иски,
предъявляемые браконьерам, застигнутым на месте преступления. Так в
Латвии сейчас штраф в тысячу рублей положен за убийство беркута или
орлана, а за разорение гнезда этих птиц он возрастает в пятикратном
размере!
И все-таки, как ни велики могут показаться размеры штрафов, они остаются
несоизмеримо малыми в сравнении с тем действительным ущербом, который
наносится уничтожением последних уцелевших животных какого-нибудь вида -
его и в рублях-то нет возможности выразить. По словам Дж. Даррелла,
"истребление любого вида - уголовный акт, равный уничтожению
неповторимых памятников культуры, таких, как картины Рембрандта или
Акрополь". Одного закона мало. Чтобы наказать
браконьера по всей законной строгости, надо застать его на месте
преступления. Тут дело упирается в надлежащий надзор, а он обеспечен
далеко не всегда: специальной инспекции, занимающейся охраной природы и
в том числе - редких и исчезающих видов, пока - увы! не существует...
Но даже если представить себе, что браконьерство все-таки удалось
искоренить, проблему вымирающих животных в современном мире этим
полностью уже не решишь. Сколько раз, листая Красную книгу, читаешь:
исчезает в результате вырубки лесов или, особенно если речь о водном
животном,- вследствие загрязнения среды обитания.
Первостепенная задача - сохранить эту среду. И лучше всего, разумеется,-
в условиях заповедного режима. Но как это непросто! Все труднее в наше
время выкроить территории под заповедники: чем интенсивнее хозяйство
страны или района, тем труднее это сделать, и тем ценнее эта территория.
А ведь многие животные широко мигрируют, и для них нужны очень большие
заповедники - сотни тысяч или даже миллионы гектаров. Маленькие же
заповеднички оказываются все чаще крохотными островками среди земель,
полностью преобразованных человеком, и под их воздействием тают на
глазах.
И все же, как это ни трудно в наше время, человек продолжает расширять
заповедные территории. Каждый год мир узнает об учреждении новых парков,
заповедников, резерватов. И каждый раз это пусть небольшая, но радостная
победа. В ста странах мира насчитывается сейчас более тысячи крупных
охраняемых территорий общей площадью около 250 миллионов гектаров, что
составляет примерно 1,6% всей площади сущи.
Во Всемирной стратегии охраны природы есть рисунок со странным названием:
"айсберг управления генетическими ресурсами". Вся громада айсберга
символизирует то многообразие живого планеты, которое человечество
обязано сохранить для потомков. Маленькая его верхушечка, высовывающаяся
над водой,- те животные и растения, на сохранение которых в природных
условиях уже нет надежды. Уцелело их настолько мало, что спасти их можно
лишь с помощью разведения в зоопарках, питомниках, ботанических садах.
Вся же основная махина айсберга, скрывающаяся под волнами,- виды,
которые надлежит уберечь в условиях естественной среды. Одни - небольшую
часть - в заповедниках, другие - подавляющее большинство - за их
пределами, то есть рядом с нами.
Будем реалистами: уповать на разведение и сохранение в неволе всех
земных животных - дело безнадежное и практически неосуществимое, это
лишь самая крайняя спасательная мера. А сохранение в заповедниках? Даже
если вообразить, что площадь заповедников СССР будет увеличена в 10 раз,
что в обозримом будущем вряд ли реально, то и тогда она составит лишь 4%
всей территории страны! И выходит, основная часть животных и растений
останется жить на землях, так или иначе вовлеченных в сферу
хозяйственного использования. Судьба их будет зависеть исключительно от
того, насколько разумно и рационально поведет человек свое хозяйство.
Рациональное природопользование - понятие очень емкое. Оно включает в
себя и строгое ограничение охоты, и сохранение благоприятной среды
обитания для животных и растений. Разумеется, не все животные могут жить
в добром соседстве с человеком. Некоторые виды совершенно его не выносят,
и сохранить их можно только на заповедных территориях, тех же тигров.
Другие - отлично уживаются с человеком, если, конечно, им оказывают
необходимую помощь или хотя бы не нарушают исконные законы, по которым
им положено жить. Так, строя газопровод в тундре или ирригационные
каналы в степи, нельзя забывать, что они встанут непреодолимым
препятствием на пути мигрирующих копытных - северных оленей или сайгаков
- и станут причиной гибели множества животных. Здесь все зависит от
нашего понимания и ответственности.
Радующая глаз картина вполне современного пейзажа, в который самым
естественным образом вписываются привольно разгуливающие дрофы и олени,
переливающиеся ярким оперением фазаны, шустрые зайцы, и хлопочущие у
своих хаток бобры - вполне доступная реальность, местами, кстати, уже
воплощенная...
Некоторые следствия из Красной книги не относятся непосредственно к
охране бедствующих видов, но также не менее важны. Можно не сомневаться:
если бы все рекомендации Красной книги по сохранению для животных и
растений необходимых условий существования - чистых рек, лесов,
нераспаханных степей - были выполнены, тем самым были бы решены и
основные экологические проблемы современности, о злободневности которых
нет нужды толковать. Ибо, сохранив те же тропические леса, вне которых
немыслима жизнь их бесчисленных обитателей, человечество сохранит на
планете кислород и не даст пустыне беспрепятственно расползтись по
планете. Сохранит прежде всего для себя самого. Потому что там, где
плохо нашим соседям по планете, плохо и нам самим, и, делая лучше для
них, мы спасаем самих себя. Забота о сохранении животного и
растительного мира планеты - ничуть не в меньшей степени забота о
сохранении человечества.
И еще одна сторона, важнейшая на мой взгляд. Может быть, научившись
сострадать своим меньшим братьям, человек научится делать то же самое и
по отношению к своим единокровным? Не случайно ведь Лев Толстой,
рассуждая о роли искусства, поставил рядом "благоговение к достоинству
человека, к жизни каждого животного". Дефицит сострадания к живому и,
прежде всего, к самому же человеку ничуть не менее ощутим на Земле, чем
дефицит кислорода, и неизвестно еще, от чего начнет задыхаться человек в
первую очередь.
